По следам Евромайдана: как Янукович сдал Азарова?

07.02.2019 10:05 Статья

 

В предыдущих двух выпусках этого проекта мы говорили о пиковом, переломном моменте Евромайдана – о том, как на крови завязался неразрешимый клубок противоречий. Сначала были так называемые «диктаторские законы», закручивавшие гайки и принятые с нарушением всех мыслимых регламентных процедур.

Потом «Правый сектор» открыто пошёл в наступление на Грушевского, а власть массово «паковала» участников беспорядков – им светили внушительные тюремные сроки. А конечной чертой стали несколько убитых – тогда в этом майдановцы однозначно винили власть, но расследование давно застопорилось, и окончательного ответа нет.

К концу января противостояние явно заходило в неразрешимую стадию: складывались условия для гражданской войны, Майдан превращался в вооружённую силу, в регионах начались захваты административных зданий.

На протяжении этого расследования встречался уже целый ряд примеров, когда противоречивые шаги власти заводили её в тупик и давали козыри оппонентам. Начиная от резкого отказа от подписания соглашения об ассоциации в ноябре, Янукович, как кажется, сам дразнил судьбу и расшатывал своё кресло. Все три месяца продолжалось невнятное танго со стороны власти: то резкий и конфронтационный шаг, то внезапный и примирительный «задний ход». Разгон 30 ноября – а за ним открытие уголовного дела против Сивковича, Коряка и Попова. Попытка разгона 11 декабря – а потом объявление моратория на силовые действия. Вслед за законами 16 января и силовым противостоянием последовало ещё более резкое отступление. Об этом поговорим далее.

Мы уже говорили о том, как такая непоследовательность объясняется внутренними расколами в «Партии регионов» и давлением из-за границы. И тем более ярко это видно в случае с отменой «диктаторских законов» и отставкой правительства Николая Азарова. Именно после этого Янукович во власти оказался практически одинок, а его перспективы – очень туманны даже соратникам.

«Диктаторские законы» Януковича и ослабление власти

Принятие законов 16 января стало окончательной точкой расхождения между Януковичем и группой Дмитрия Фирташа. Трения намечались уже давно, Лёвочкин как «серый кардинал» украинской политики явно сотрудничал с оппозицией — тот же «УДАР» Виталия Кличко был несомненным его проектом, скорее всего, подкидывал наличных он и Яценюку.

После избиения протестующих в Киеве, 30 ноября Лёвочкин подал в отставку, но Янукович уговорил его остаться. И вот, 17 января Лёвочкин окончательно ушёл от Виктора Фёдоровича, а ориентированные на него нардепы уже явно начали дрейфовать на выход из «Партии регионов». Через личные звонки Фирташу Янукович ещё мог выбивать нужные ему голосования, но трещина неуклонно росла. Проявлялась и фронда со стороны группы Ахметова.

Ситуация внутреннего ослабления власти совпала с трагическими событиями – первых смертях на Майдане и, соответственно, появлении первых героических фигур, которых оппозиция подняла на щит.

Уже 22 января вечером Арсений Яценюк выступил на Майдане с воинственной речью, запомнившейся словами «куля в лоб, так куля в лоб». Он потребовал прекращение силовых действий в течение 24-х часов.

Янукович со своей стороны явно начал медлить. Силовики остались на своих позициях, а сам президент лавировалл, осаждая явных «ястребов» из своего окружения и пытаясь пойти на символические уступки.

Виновные среди «Беркута»

Так, он пообещал расследовать и наказать виновных в злоупотреблениях силой со стороны «Беркута». Но такая позиция уже не работала – от него требовали безусловного освобождения всех задержанных, «узников Майдана», как их называли в СМИ, и масштабных политических уступок. Тогда же, 24 января, Янукович назначил главой своей администрации политического тяжеловеса Андрея Клюева.

Уже 25-го числа состоялись переговоры Януковича с оппозиционной троицей.

Он выразил готовность пойти на серьёзные уступки – предложил самому Яценюку должность премьер-министра, отменить «диктаторские законы», амнистировать заключённых и так далее – но при условии разблокировать центр столицы и де-факто свернуть Майдан. Сам Яценюк был бы и не против, но влияния обеспечить свою часть сделки у него не было. К тому моменту на Майдане во главе угла уже были радикалы, на их сторону склонялись симпатии СМИ и либеральной общественности. Яценюк и компания были на гребне этой волны, но совладать уже были не в состоянии. Поэтому перед толпой они публично отвергнули предложения Януковича.

Именно ситуация вакуума и неуправляемости заставила тогда власть идти на односторонние уступки. Уже готовность торговаться местом премьер-министра показывала зажатость  в угол Януковича – он уже оказался готов пожертвовать своим бессменным союзником – Николаем Азаровым, бывшим в должности премьера с марта 2010 года.

Азаров во время Майдана

Азаров оставался сторонником жёсткой линии – так, например, 27 января Кабмин принял постановление об увеличении штатной численности спецотрядов «Беркут» и «Грифон» в шесть раз – до 30 тысяч человек. Перед этим именно решением Кабмина выделялись деньги на закупку в России спецсредств для отрядов милиции – усовершенствованных свето-шумовых гранат, экипировки и орудий.

Януковичу же, видимо, казалось, что уступками он сможет сохранить себя у власти хотя бы до очередных выборов в марте 2015 года. Но потеря и даже целенаправленное отталкивание союзников никак ему в этом не способствовало.

Переговоры продолжались до 27 числа, но так ничего и не дали. Лидеры оппозиции чётко понимали, что время играет против Януковича, и затягивали время. А уже 28 января состоялось внеочередное заседание Верховной Рады, посвящённое «урегулированию политического кризиса». Тогда депутаты отменили те самые «диктаторские законы».

В тот же день премьер Азаров написал заявление об отставке.  Он это мотивировал желанием создать «дополнительные возможности для общественно-политического компромисса».

В тот же день Янукович принял эту отставку. Согласно действовавшей тогда редакции Конституции, отставка премьера означала отставку всего Кабмина, министры в статусе и.о. могли работать ещё не более двух месяцев.

Как известно сейчас, Азаров был глубоко обижен на Януковича за предательство с предложением премьерского поста Яценюку, и по своей инициативе демонстративно ушёл. Как говорят, они не общаются до сих пор.

Исполняющим обязанности премьера и последней надеждой Януковича стал первый зам Азарова Сергей Арбузов, которого относили к «группе Семьи».

Сам Арбузов не отметился в одиозных с точки зрения Майдана действиях. Другое дело, что к нему, как к приближённому к сыну Януковича «Саше-стоматологу», с ревностью относились все олигархи-регионалы – и Ахметов, и Фирташ, и мочили все масс-медиа. Ставка Януковича чисто на «своих» только ускорила разброд и шатания внутри «Партии регионов».

Косвенным признаком углубления этого раскола стали слова Богословской о том, что в тот день собирались вводить чрезвычайное положение в стране, на котором настаивал новый глава АП Клюев, но противодействие групп Ахметова и Тигипко сорвало этот план.

С одной стороны, это сомнительно – страшилка с чрезвычайным положением постоянно использовалась лидерами Майдана, чтобы держать в тонусе сторонников, а Богословская уже явно играла на их стороне. С другой стороны, эти слова были явным признаком того, что эти группы внутри партии власти нащупывают мосты с оппозицией и начинают подстелять себе  соломку.

Амнистии для майдановцев после освобождения государственных зданий 

Наконец, 28 января Рада приняла предложенный именно Януковичем вариант закона об амнистии. Всех задержанных по «майдановским» статьям, которым светили серьёзные сроки заключения, предполагалось отпустить – но только после освобождения всех административных зданий.

Попытка была заранее обречена на провал: лидеры оппозиции не особо были заинтересованы в освобождении «узников», для мобилизации Майдана они были полезнее в заключении. Плюс, «Правый сектор» был уже серьёзной и не вполне управляемой с их стороны силой – а ультраправые наотрез отказывались от каких бы то ни было компромиссных шагов навтречу Януковичу.

Поэтому эта попытка разрядки была практически мертворождённой – Парубий, тогда комендант «Самообороны Майдана», издевательски предложил освободить Октябрьский дворец только в случае, если «Партия регионов» освободит Администрацию президента на  Банковой.

Справедливости ради отмечу, что некоторые здания таки были освобождены. Так, 29 числа очистили здание Минагрополитики на Крещатике. Тогда же возникла потасовка между разными силовыми группами Майдана: засевшие там бойцы из  «Спильной справы», маргинальной правой организации, отказывались выходить из захваченного помещения.

За несколько дней до начала кровавой развязки 18 февраля майдановцы освободили здание Киевской городской госадминистрации. Но эта уступка утонула в потоке новостей про захват зданий обладминистраций в городах Западной Украины и попыток таких захватов в центре страны.

Уже 23 января было захвачено здание администрации Львовской области, 24 – админздания в Ивано-Франковске и Луцке,  Черновцах и Хмельницком. Появились сообщения о переходе на сторону Майдана силовых подразделений «Беркута» и «Альфы» в западных областях страны.

После этого и до самой середины февраля процесс перешёл в вялотекущую стадию. Власть продолжала настаивать на выполнении требований о разблокировании админзданий и центра столицы, а оппозиция – освободить «узников Майдана». На западе и в центре страны продолжался процесс перехватывания власти сторонниками Майдана. Запад продолжал критиковать Януковича и давить на него, а Россия как раз в это время полностью сконцентрировалась на Сочинской олимпиаде.

Согласно декабрьскому соглашению, ожидался второй транш 15-миллиардного обещанного кредита, но Москва не спешила его выдавать в силу явного ослабления Януковича и неясности перспектив украинской власти. Сам Янукович даже поехал на открытие Олимпиады в Сочи упрашивать Путина выдать этот второй транш – но безрезультатно.

Facebook Comments
новости и статьи Klymenko Time Популярное