Переговоры Зеленского и Путина. Будет ли «особый Донбасс»?

05.12.2019 10:05 Статья

 

Одна из главных интриг перед парижским саммитом Нормандской четверки — это судьба закона об «особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей». Действие нынешнего «спящего» документа истекает аккурат 31 декабря. И в свое время он был принят именно как формальная «отписка», нужная, чтобы сохранять видимость соблюдению Украиной Минских соглашений.

Действующая власть заявила, что в очередной раз продлевать действие старого закона не будут — напишут новый. Особых подробностей его содержания не раскрыли. А в Кремле уже высказали недовольство — старый закон был хотя бы согласован на переговорах, а самодеятельность Зе-команды «лишает саммит смысла».

В новом выпуске «Влога Армины» разберемся — сколько времени осталось для принятия нового закона, что в него «хотят завернуть», и в какую игру играют стороны?

Зеленский сделал заявление о выборах на Донбассе

В опубликованном большом интервью президента Владимира Зеленского крупным западным СМИ есть важное заявление, а именно о видении им “идеального исхода” саммита.

Зеленский не согласен с решением контактной группы в Минске, которое касается выборов на неподконтрольной украинской власти территории Донбасса.

Президента не устраивает очередность, согласно которой сначала «Л/ДНР» проходят выборы, а потом Украина получает контроль над границей с Россией.

В общем, основном посыл высказал — это несогласие с закрепленным Минскими соглашениями алгоритмом — сначала местные выборы в ОРДЛО, а потом передача контроля над границей.

А дословно звучит это так, якобы выборы проходят по украинскому законодательству. И украинский закон исключает присутствие людей с оружием. Все украинские партии должны иметь доступ, наблюдатели, журналисты, ОБСЕ, Центральная избирательная комиссия Украины. Если есть вооруженные группировки, ни одна партия не пойдет участвовать в выборах там.

Для кого озвучен этот месседж? Не для людей Порошенко, которые 8 декабря собираются выйти под Офис президента. Это месседж для российской стороны переговоров в «нормандском формате». Украина также начинает подготовку к встрече с публичными заявлениями.

При каких условиях будет «Особый статус» для Донбасса  

Президент прямо признал, что с Минскими соглашениями такая позиция не имеет ничего общего. Но Зеленского согласованный Петром Порошенко алгоритм не устраивает. Противоречия есть, и удастся ли добиться именно желаемого порядка — не факт.

Активные военные действия он точно начинать не будет, а вот за протестами против, якобы, капитуляции стоит все тот же Порошенко. Владимир Зеленский пожаловался, что такая позиция удивляет не только его, но и “политиков за границей”.

Такое заявление является сюрпризом лишь на первый взгляд. Разговоры о замене старого закона об особом статусе новым с самого начала обосновывались приоритетом безопасности над политическим компонентом. Или, говоря проще, сначала граница и разоружение формирований “ЛДНР”, а уже потом местные выборы и запуск “особого статуса”.

«Нормандский формат» для решения конфликта на Донбассе

Это именно то, о чем постоянно говорила власть при Порошенко, но не могла добиться, ведь “Нормандский формат” оказался заблокированным. Не говоря уже о том, что сами до этого согласовали за другой порядок. Для того, чтоб разблокировать «нормандский формат», уже при Зе-власти Киев согласился на «формулу Штайнмайера». Это, вкупе с разведением под Петровским и Золотым, открыло дорогу к парижскому саммиту. И уже в ходе подготовки были сделаны вот такие заявления.

Что же, саммит состоится уже точно, поэтому перед ним можно позволить себе больше свободы в словах о желаемом. Однако порядок вопросов к обсуждению уже прочно закреплен, и сомнительно, что у Зеленского получится с голоса его изменить.

Эта игра рассчитана на две цели. Первая, внутренняя — это успокоить возможный “зрадофобский” протест к саммиту. Мечтания об отказе от Минских соглашений — это же настоящий мед для ушей “ультрапатриотической” общественности.

Порошенко не мог это им дать во времена президентства, а сейчас пусть за это оправдывается. Согласие на “формулу Штайнмайера” было лишь уловкой, “зрады” не предвидится — вот и нет причин штурмовать Банковую во время парижского саммита.

Но настоящая цель таких заявлений — это повышение ставок во внешнеполитическом измерении. Тут недовольство Минскими соглашениями, алгоритмом “сначала выборы-потом граница” и напоминание о крымском вопросе должны создать “кеш уступок”, который можно будет сбрасывать в процессе переговоров, чтобы и “сойтись посередине”. Как раз так, как Зеленский мечтал сделать еще в бытность кандидатом в президенты.

Как раз, чтобы сохранить эту свободу действий и нужна неопределенность с законом «об особом статусе». Помните, как Разумков заявлял, что окончательно за этот вопрос возьмутся уже после парижского саммита. Тогда и будут решать, просто продлить ли действующий документ, вносить в него изменения или принимать новый.

План достаточно ясный, но есть две большие “непонятки”, которые авантюру могут загубить. Во-первых — сыграет ли расчет на повышение ставок и “размен” уступками в ходе переговоров?

Пока Кремль критически реагирует на каждое такое заявление из Киева, но этот пинг-понг остается в рамках обычной дипломатической игры перед решающей встречей. Все решится именно на встрече “четверки”.

И второй темный момент — это как собираются потом проводить компромисс через Раду. Ведь если с 1 января 2020 года не будет вообще никакого закона об особом статусе, даже спящего — это будет означать срыв Минских соглашений.

Будут ли переговоры с «Л-ДНР» при Зеленском?

Если новый документ не будет согласован с «Л-ДНР» хотя бы в формате Трехсторонней контактной группы — Москва тоже приравняет это к выходу Украины из “Минска”.

К слову, о повышении ставок. Глава «ДНР» Денис Пушилин предложил лишить украинский язык статуса государственного и сделать русский единственной «официальным языком» на контролируемой боевиками территории:

Очень важно понимать, зачем это сделано. С одной стороны — да, это повышение ставок перед встречей в «нормандском формате». Но есть и вторая сторона медали. Такими выпадами, как история с «государственной границей» «ДНР» и языковая тема Украину поступательно и уверенно подталкивают к необходимости прямых контактов с ключевыми спикерами «Л-ДНР».

Объясним. До тех пор, пока между Украиной и «Л-ДНР» не будет прямого контакта и каких-либо договоренностей, власть неподконтрольного Донбасса всегда сможет сказать «вы договорились с Россией? Молодцы, но вы не договорились с нами. А мы – «независимые республики». Именно на это направлены все последние резонансные заявления «с той стороны».

Что делать в этой ситуации Зеленскому? С одной стороны, позиция «мы не ведем переговоры с «Л-ДНР» — классическая для украинской власти. Ее озвучивали при Порошенко и этой политики придерживаются украинские дипломаты сейчас. С другой стороны, в своем «программном интервью» Дмитрию Гордону в конце декабря 2018 тогда еще шоумен Владимир Зеленский заявил: «Придется говорить. Ну, придется говорить. Мы хотим, не хотим, через себя, хоть с чертом лысым готов договориться, лишь бы не умирал ни один человек».

Дилемма, которую еще предстоит разрешить президенту и его Офису.

Возвращаясь к теме закона об особом статусе — остается и другой вопрос. Технический, но важный. Сессионная неделя в Раде после саммита будет только одна, с 17 по 20 декабря. И принять новый закон или радикально пересмотреть старый просто не успеют, если не созывать внеочередные заседания. И учитывая, что контроля над Радой у Банковой все меньше, внутренний фронт окажется ничуть не проще, чем внешний, парижский.

И, конечно же, главная цель Зеленского — добиться такого варианта компромисса, который не будет требовать изменений в Конституцию. Хотя полный пакет предложений Киева для парижского саммита, похоже, полностью не понятен даже самой Банковой.

Предположение с высокой долей вероятности — Зеленский будет предлагать дать Донбассу особый статус на временном основании и без внесения изменений в Конституцию.

Конечно, у власти всегда есть программа-минимум — пролонгировать действие нынешнего закона. Надо понимать, что истекающий 31 декабря документ — “пустышка”, политическая декларация, без конкретного наполнения.

Если внимательно прочитать закон об особом статусе, там очень много пунктов звучат буквально так: “читайте Конституцию и отвалите”. Это не называется законом об особом статусе. Но это минимальное сохранение лица.

Так, в законе есть упоминание о “народной милиции”, об “особом порядке формирования” судов, органов прокуратуры и внутренних дел. Но без детальной расшифровки. И когда там начнут формировать эту “народную милицию”, окажется, что мы совсем по-разному это видим — полномочия, комплектование и прочее.

Действующим законом действительно искажается весь смысл Минских соглашений. Но выработка замены ему должна проходить только через Трехстороннюю контактную группу. Такой себе замкнутый круг.

Именно там нужно садиться и договариваться о конкретном наполнении, а потом ратифицировать это в парламенте. Так это должно выглядеть. А сейчас это просто декларация. И дипломатический пинг-понг между Киевом и Москвой, банальный элемент торгов.

Таким образом, ждать действительных подвижек с реинтеграцией и внедрением реального особого статуса под эгидой официального Киева после саммита не стоит. Для этого слишком много противоречий и слишком много мешающих факторов.

Власти понимают, что в стране слишком много сил, которые будут активно саботировать особый статус. Поэтому и вынуждены вести игру на них тоже. Поэтому гуманитарные послабления, например, вопрос выплаты пенсий, деэскалацию, обмен пленными после саммита возможны, а вот политический прогресс в скором будущем – под вопросом.

Facebook Comments
новости и статьи Klymenko Time Популярное