К чему ведет «Томосомания» Порошенко?

10.01.2019 10:09 Статья

 

Как и обещали ещё до нового года, Украина таки получила Томос. Порошенко лично ездил в Стамбул за этим документом, да не сам, а с членами семьи, одним спикером, одним криминальным авторитетом и прочей свитой. На Рождество Томос привезли в Киев, показали его избранным в Софийском соборе, а потом отвезли назад – как оказалось, по факту это был лишь черновик, пусть и помпезно оформленный на куске телячьей кожи.

Но что же украинцы получили в сухом остатке без всякой политики?

Украина получила Томос. Что дальше?

Вообще вопрос веры и церкви должен быть вне политики – это как бы и так понятно всем, об этом говорит и Конституция, и церковные каноны. Вера и образ жизни – это частное дело каждого человека, это был итог столетних религиозных войн и всяческих преследований.

Однако сейчас Томос и поход украинской власти за автокефалией стал главной темой политической повестки. Внимание к церковному вопросу исходит от власти, не замеченной ни в честности, ни в ответственности, ни в основных добродетелях христианства, делами которого она так озаботилась.

На самом деле, получение Томоса и легализация автокефальной церкви – одна из очень немногих «перемог», историй успеха новой власти – на уровне с безвизом. В апреле Порошенко впервые открыто заявил о таких намерениях – и менее чем за год это случилось.

Учитывая, что в делах церковных быстрые перемены – вещь практически невозможная, то, что Порошенко удалось убедить Варфоломея открыто вмешаться в политическую игру – действительно история успеха. Другое дело, успеха для кого и какого?

Граждане, не очень следящие за политикой, уже, наверное, сбились со счёта, сколько раз, по словам Порошенко, в вопросе автокефалии достигалась «перемога». На торжествах в честь Крещения Руси в июле он заявил, что у Варфоломея таки решили пойти навстречу.

Потом он ещё раз это сказал в сентябре в Стамбуле.

К празднику Покрова было решение Фанара об отмене передачи Киевской митрополии Московскому патриархату в 1686 года. Тогда на Софийской площади устроили целое празднование с завезёнными бюджетниками из регионов, он опять говорил об автокефалии как о свершившемся факте.

К середине декабря таки дожали с этим собором – и опять повторилась массовка на Софийской площади, и опять звучали всё те же слова.

И вот – очередная «остаточна перемога», прям таки по числу «остаточных прощавай».

Надежды Порошенко на второй срок

Уже много было сказано об «армовире» — формуле армия-мова-вера, вокруг которой строятся надежды Порошенко на второй срок. Именно в этом ключе прозвучало его новогоднее поздравление. Сама по себе традиция поздравления под куранты от первого лица довольно патриархальная и забавная – но в таких речах всегда звучали какие-то общие, объединяющие всех вещи.

Порошенко же открыто использовал последние пять минут уходящего года на отчёт о перемогах со своей ретроградной троицей, чем, надо признать, подпортил новогоднее настроение.

Посленовогоднюю летаргию, главной темой в которой стало обсуждение выдвижения Зеленского, резко развеяли стамбульско-киевской эпопеей с подписанием и вручением Томоса. Это дело растянулось на несколько дней – 5 января в кафедральном храме Константинопольской патриархии Варфоломей Томос подписал.

6 января – вручил Порошенко и Епифанию при стечении приближённых.

А 7-го грамоту привезли в Киев и показали чуть более широкому кругу приближённых в Софийском соборе.

Идеальное начало для предвыборной кампании.

Константинопольский патриархат переживает не лучшие свои времена – по сути, это церковь для мизерной греческой общины в самом Стамбуле, плюс под его омофором находится часть Греции, включая Афон. Однако события вокруг украинской автокефалии вынесли его в центр геополитических процессов – поэтому оформление самого Томоса сделали поистине с византийской пышностью. Пергамент из телячьей коже, каллиграфическое оформление.

И, вполне в византийском духе – упоминание «его превосходительства» Петра Порошенко в церковном документе, который вроде как выдаётся на века.

Помимо этого, сразу же привлёк внимание конфуз в тексте документа. Обосновывая, что право верховного церковного суда над иерархами ПЦУ остаётся за константинопольским патриархом, в Томосе ссылаются на 16 правило Халкидонского вселенского собора. А это правило устанавливает безбрачие для монашек.

Похоже, собирались сослаться на 17-е правило, как раз говорящее о процедурах церковного суда, но закралась досадная описка.

Помимо этого, из конфузов на этом мероприятии была минутка нежности, проявленная бизнесменом Александром Петровским, по некоторой информации его называют уголовным авторитетом по кличке «Нарик». Нежность, похоже, была направлена на сам документ, но нежное поглаживание пальчиком досталось спикеру Парубию.

Атмосфера там, похоже, была поистине наэлектризована, журналистам бросились в глаза и странности в поведении первой леди Марины Порошенко.

И вполне традиционно для торжественных мероприятий с участием украинского гаранта, не обошлось и без обмороков.

Подписание и вручение на Фанаре растянулись на два дня, на третий же документ привезли в Киев. Очевидно, очень спешили к Рождеству – как оказалось уже позже, Патриарший и Синодальный Томос не был подписан всеми членами Синода Константинопольского патриархата, то есть, формально не вступил в силу. Поэтому состоянием на сегодня его забрали назад в Стамбул на дооформление.

А на Рождество – решили не портить торжество такими формальностями.

Карась пришел посмотреть на Томос

В Софийском соборе собрался более широкий круг приближённых к власти – те, кто, похоже, не влез в Георгиевский собор на Фанаре или самолёт на Стамбул. Самым ярким персонажем такого рода, явившимся в Софию приложиться к Томосу, оказался Женя Карась, вождь неофашистской организации С14.

Более того, его довольное лицо оказалось на одной фотографии с Порошенко, генпрокурором Луценко, представителем в ПАСЕ Арьевым и прочими.

Почему же Карась так радуется? Вряд ли кто-то всерьёз считает его особо верующим человеком. Другое дело, что сейчас предстоит самый жаркий этап передела приходов и монастырей, и в этой мутной воде его С14 в первых рядах готова оказать свои услуги власти.

С этим, надо сказать, процесс двинулся. Пока в основном это касается сельских приходов в центре и на западе страны, по разным данным уже около сорока общин объявили о своём переходе из УПЦ в ПЦУ. Одно дело, когда такой переход происходит без сучка-без задоринки: какой-то активист-патриот из местных озвучивает инициативу, а все так или иначе поддерживают, включая и священника. Другое дело, если такого патриотического консенсуса нет. И в таких случаях «Правый Сектор» уже заявил о своей готовности вмешаться – разместив в соцсетях анонсы с лозунгом «Долой захватчиков в рясах».

Властям, как мы понимаем, перед выборами нужны постоянно растущие цифры перешедших приходов. Так что ситуация начинает поистине нехорошо накаляться. Вслед за церквями в сёлах встанет вопрос о кафедральных соборах и лаврах – а о возможности силового противостояния вокруг Киево-Печерской и Почаевской лавр мы уже говорили много раз. 

Томос есть. Что получил Полошенко и Варфоломей?

С первым всё более-менее понятно. УПЦ пользуется в рамках Московского патриархата очень большой степенью автономии, в общем-то, не отличающейся, за исключением формальных вещей, от автокефалии ПЦУ. Целый ряд священников и епископов УПЦ, начиная с 2014-го года, недвусмысленно высказывались в поддержку политики украинских властей. В УПЦ существует достаточно заметное «лобби» иерархов, желающих ещё большей независимости от Москвы. Однако доселе, в ситуации выбора — присоединиться к филаретовской, откровенно политизированной и неканоничной структуре, или остаться в Московском патриархате – никто за рамки канонического права не выходил.

Порошенко же решил в лице УПЦ создать образ внутреннего врага, без реальных на то оснований. И начиная с середины 2018 года усилилось политическое напряжение и давление на прихожан и служителей УПЦ. Лёгкой победы не получилось.

А Варфоломей? Авантюра Порошенко дала ему прекрасную возможность усилить материальный и символический капитал. И за счёт широкого внимания к своей персоне, и за счёт передаваемых в Украине храмов в подчинение Фанару напрямую, и за счёт бывших приходов УПЦ КП и УАПЦ за рубежом. По сути, сейчас именно украинская диаспора – это главная опора для Константинопольского патриархата по миру – в США, Канаде и так далее. А Томос – как говорится, «Томос дал – томос взял», всегда можно будет вернуться к этой теме и требовать всё новых преференций, угрожая автокефалию отобрать назад.

Переименование УПЦ. Что дальше?

Как бы там ни было, по сути, сейчас раскол в украинском православии легализировали и углубили. Понятно, что такая ситуация стала ещё запутаннее. Если власть будет действовать топорно, как в случае с принудительным переименованием УПЦ или упрощением процедуры перехода общин, то серьёзного гражданского противостояния не избежать.

Facebook Comments
новости и статьи Klymenko Time Популярное