Прошло семь лет, однако события тех дней продолжают непосредственно влиять на сегодняшнюю Украину
19:17

7 лет спустя: странное послевкусие событий Евромайдана

Как непоследовательность политиков породила большую кровь

элемент дизайна Клименко Тайм 14 минут на чтение : 26

В жизни любого государства, случаются события настолько судьбоносные, что всю историю становится возможным разделить на «До» и «После». Украина сегодня встречает 7 годовщину как раз такой даты. Как бы кто не относился к событиям «Евромайдана», но историю независимой Украины он поменял кардинально и бесповоротно. В этом вопросе демонстрируют полное согласие как сторонники, так и противники Майдана 2013-2014 годов.

 Чем были те события, как они стали возможны и куда нас привели – разбирались журналисты Klymenko Time.

 Так что же случилось тогда, 7 лет назад – 21 ноября 2013 года? Было ли это началом «Революции Достоинства», как говорят одни, или же стартовал долгий сценарий «госпереворота», как утверждают другие?

Для начала, хотелось бы сказать, что противопоставление терминов «революция» и «госпереворот», которое особенно хорошо прижилось в спекуляциях на тему «Евромайдана» – представляется ложным. Революция – это всегда, прежде всего, процесс, который в случае своего успеха завершается сменой власти, причем, как правило, не вполне легальной. А это уже, в свою очередь, вполне подпадает под определение «государственного переворота». Поэтому, одно другому совершенно не мешает и ломать копья на счет определения терминов считаем бессмысленным.

Зато у нас есть простой факт, 21 ноября 2013 года, группа людей, по призыву нескольких ЛОМов (включая Мустафу Найема) и под брендом КУПР (коалиция участников оранжевой революции) вышла на главную площадь страны, в знак протеста против отсрочки подписания соглашения об ассоциации с Евросоюзом.

Так началась эпопея длинной 3 месяца и 1 день, которая стоила Виктору Януковичу поста, стране долгого периода нестабильности, а очень многим людям жизни и здоровья.

Как это стало возможным?

 Прежде всего, виновником взрыва был сам Виктор Янукович. Более полугода накануне назначенной даты подписания соглашения с Европейским союзом действующая на тот момент власть убеждала общество и всю страну в том, что альтернативы ассоциации и созданию зоны свободной торговли с Евросоюзом нет. Проталкивая эту позицию Янукович весьма жёстко усмирил даже собственную «Партию Регионов», в которой далеко не все были согласны с принятым властями курсом по идеологическим соображениям.

Во-многом поэтому состоявшееся 21 ноября объявление о приостановлении подготовки к заключению Соглашения об ассоциации с ЕС стало громом среди ясного неба, особенно для проевропейски настроенной части украинского общества. Только недавно сами власти в радужных тонах описывали людям плюсы скорого получение статуса ассоциации с Евросоюзом (что подавалось в СМИ почти как присоединение к самой организации), как вдруг резко, буквально в считанные дни, власти развернули штурвал. Когда первое удивление прошло – пояснения власти о том, что приостановка переговоров «временная» уже никто не хотел слушать.

Названные Януковичем и Азаровым причины отказа от подписания документа тоже не поспособствовали согласию — многие восприняли позицию власти как резкий, практически мгновенный разворот от многовекторной внешней политики, в сторону однозначно российского направления. Однако, украинское общество было разделено в отношении этого вопроса задолго до 2013 года.

Еще более странной делает ситуацию вокруг соглашения с Евросоюзом следующий факт. Подготовка соглашения Украина-ЕС была начата в марте 2012 года и проходила целиком и полностью в президентство самого Януковича. Текст соглашения разрабатывался  при правительстве Николая Азарова.

У людей возникал вполне закономерный вопрос: «если текст договора, как нам теперь говорят никуда не годится, то что же вы тогда готовили почти полтора года и почему до вчерашнего дня вас все устраивало?»

По-сути, можно говорить, что Янукович сам аккуратно разложил дрова для массового возмущения, сам облил их бензином и сам поднес к ним спичку.

Помимо внешнеполитических осложнений, созданных непоследовательным курсом Януковича большую роль сыграл раскол внутри украинских элит.

Интриги олигархов и поляризация общества

Очень часто в лагере противников «Евромайдана» принято искать в событиях осени 2013 года «внешний след». Однако, гораздо важнее на раннем этапе были внутренние предпосылки конфликта. Власть Виктора Януковича в последние годы своего существования стала вызывать всё возрастающие опасения у большинства украинских олигархов. Ближний круг семьи Януковичей постепенно сосредотачивал в своих руках все новые и новые активы и властные рычаги. Возникновение потенциальных «новых элит» рядом со старыми элитами всегда беспокоит последних – это правило верно даже для внутриолигархических разборок. Делиться своими активами с окружением президента никому не хотелось. А значит нужен был повод ослабить роль и самого президента, и его окружения. О том, что внутри элит Украины зреет раскол, а часть олигархов ищут способы ограничить власть президента, вернув страну к версии Конституции 2004 года политологи говорили еще за полгода до того, как вспыхнул Евромайдан.

Поэтому, по крайней мере на ранних своих этапах, революционные события пользовались полной поддержкой той «фронды олигархов», которая сложилась против тогдашнего президента и его ближайшего окружения. Это очень четко видно на примере позиции ключевых олигархических СМИ того периода.

Было бы глупо отрицать, что без практически тотальной поддержки СМИ зимой 2013-2014 годов и полного доминирования именно прореволюционной информационной повестки в этот период, у Евромайдана не было никаких шансов достичь успеха. Еще наивней было бы верить, что те или иные, принадлежащие олигархам СМИ сами, «спонтанно» выступили против действовавшей тогда власти. Любой кто сколько-нибудь долго прожил в Украине понимает, что это попросту невозможно. Да и нагнетание истерики в СМИ против тогдашней власти началось отнюдь не в 2013 году, а как минимум в 2011.

К возмущению судьбой евроассоциации и недовольству олигархов, добавилось никуда не исчезнувшее после 2010 года неприятие огромной частью украинского общества личности Виктора Януковича и возглавляемой им партии. Несмотря на то, что после 2004 года прошло почти 10 лет, деление на условных «оранжевых» и «бело-синих» в политике к тому времени никуда не исчезло. Парламентские выборы 2012 года только еще раз продемонстрировали политическую поляризацию в стране.

От мирного протеста до массового побоища

Вряд ли те, кто вышел на площадь 21 ноября 2013 года сами имели хоть какое-то представление о том, что ждет страну в последующие месяцы. У Украины к тому времени уже был один опыт «майдана», однако практически полностью мирного. Смена власти в 2014 году прошла, фактически, по сценарию «бархатной революции». Во-многом, под влиянием этого, прошлого опыта – выходили на Майдан первые участники событий ноября 2013 года.

 Однако это опьянение перспективой «мирной революции» прошло очень быстро. О том, что произошло на Майдане в ночь с 29 на 30 ноября мнения сторон расходятся. Для людей поддержавших Майдан ситуация выглядела как «зверское избиение студентов беркутами». Позиция не поддержавшей майдан части общества варьировалась от утверждений о правомерности разгона, до подозрений о наличии заговора в ближайшем окружении Януковича. По этой версии приказ разогнать затухающий Майдан, чтобы добиться активизации акций протеста дал указание глава администрации президента – Лёвочкин, который уже тогда решил слить своего «шефа», договорившись с лидерами оппозиции. В пользу такого сценария говорит и дальнейшее «бегство» Лёвочкина со своей должности в администрации президента и тот факт, что Яценюк, Тягнибок и компания в тот вечер по какой-то причине заранее покинули Майдан, и даже увезли оттуда свою аппаратуру.

Так или иначе, глупость это была, или сознательная провокация изнутри тогдашней власти, но результат получился очевидный – возмущение общества и резкий рост протестной активности. 30 ноября – это один из поворотных моментов истории Евромайдана, но как увидим впереди – далеко не единственный.

 Уже на следующий день в Киеве прошло масштабное «народное вече», которое превосходило все протестные акции, что были до тех пор. Также, разгон  в ночь на 30 ноября поспособствовал радикализации протеста, выразившейся, например в штурме администрации президента на Банковой 1 декабря. В тот же день протестующими была захвачена КГГА. В последующие дни на Майдане появились баррикады. От «мирных протестов» ситуация перешла в плоскость силового противостояния оппозиции и власти, но пока еще без крайних эксцессов.  Протесты получили второе дыхание и новый стимул, а «Народное вече» 6 декабря оказалось масштабным и внушительным.

Во время событий на Банковой впервые заметно заявил о себе как о симпатике протестов – Петр Порошенко, который как раз в качестве министра экономического развития в правительстве Азарова и отвечал за разработку договора о зоне свободной торговли с ЕС на начальном этапе. Роль Петра Алексеевича еще предстоит изучить правоохранительным органам. Особенно в свете показаний Давида Жвании, показательно обвинившего Порошенко, Турчинова, Яценюка и себя самого в подготовке и реализации государственного переворота.

Примерно в то же время, 7 декабря на Майдане впервые засветилась Виктория Нуланд – государственный секретарь США по делам Европы и Евразии. Действия Нуланд породили ставшим вирусным мем про ее «печенье».

 Последующие недели декабря характеризовались спадом протестной активности, и даже отдельные информационные вбросы и провокации, вроде пресловутого «избиения Татьяны Черновил» (оказавшегося на поверку обычной уголовной историей) или фэйковые «похищения» знаковых протестных фигур – не смогли как следует раскачать ситуацию. Протест по состоянию на конец декабря — начало января ощутимо затухал, смещался в сторону индивидуальных, точечных акций. Яценюк накануне нового, 2014 года отчаянно призывал «не оставлять Евромайдан».

Новое дыхание протестным акциям вновь придала своими необдуманными действиями власть. Не вовремя проведенное и неразумно исполненное усиление ответственности за протесты (оставшееся в истории под именем «законы 16 января») – повлекло новую волну столкновений. На этот раз жестокую, кровавую, с жертвами.

19 января стало новой поворотной датой в истории Майдана. Впервые за почти 2 месяца силовые столкновения стали перманентными, а сам Майдан из «протеста» окончательно стал на тропу силового противостояния с властью. Знамя революции подхватили праворадикалы – и больше не уступали его до самого конца. За неделю, последовавшую за 20 января, страна увидела много огня, насилия и небывалых за всю историю нашей независимости беспорядков.

Примерно в это же время на Януковича стало оказываться действительно серьезное давление со стороны внешних сил – Европа и США настойчиво требовали от власти сесть за стол переговоров с лидерами оппозиции. Говорить о полноценном иностранном вмешательстве в события можно начиная с этого момента. Под давлением улицы и уступая требованиям оппозиции в отставку уходит правительство Николая Азарова. Власти все чаще обсуждают вопрос конституционной реформы и возврата к Конституции 2004 года. Однако к прекращению протестной активности это уже не привело. Среди самых ярких примет этого времени – слив телефонных разговоров между Викторией Нуланд и послом США в Украине Джеффри Пайетом, содержащих нецензурную брань относительно роли ЕС в украинском политическом кризисе.

Тем не менее переговоры по линии власть-оппозиция-праворадикалы продлились до второй половины февраля, а затем наступила резкая и быстрая развязка. Очень любопытным совпадением, является то, что 17 февраля, как раз «накануне грандиозного шухера» лидеры оппозиции Яценюк и Кличко встретились в Берлине с канцлером Германии Ангелой Меркель. А на следующий день временное затишье закончилось, как оказалось – уже на совсем.

18 февраля начавшееся с маршей оппозиции закончилось кровавыми столкновениями, смертями в боях на улице, поджогами и даже убийством офисного сотрудника Партии Регионов в Киеве.

К вечеру этого дня к Майдану подогнали спецтехнику и бронетранспортеры, силовики шли на приступ майданных укреплений, во власти заявили о введении режима КТО в столице. В городе полностью перестало работать метро.

В это время в западных регионах прокатилась волна захватов ОГА, а также мест дислокации силовиков. Отмечались случаи захвата оружия строгой учётности. По-видимому в этот момент на Виктора Януковича осуществлялось концентрированное иностранное давление, потому, что финального приказа на зачистку Майдана он все-таки не дал.

Тем не менее в течение дня и последовавшей ночи, в ходе активных столкновений протестующих с силовыми структурами, погибло 25 человек, более 350 получили ранения и свыше 250 были госпитализированы. В ночь на 19 февраля сгорел Киевский дом профсоюзов примыкающий к Майдану Независимости.

Появление «неизвестных снайперов»

По меркам Киева – настоящая бойня, но самое страшное, как оказалось было еще впереди. Снова переговоры, снова  безрезультатные. Относительное затишье 19 февраля, а затем страшная дата 20 февраля, начавшаяся столкновениями на Майдане между силовиками и сторонниками оппозиции. Результат известен:

десятки убитых и раненных – жертвы теперь известны под именем «Небесной сотни». Неизвестные снайперы открыли пальбу по протестующим и силовикам из окон зданий по улице Институтской (ныне аллея Небесной Сотни).

Эти «неизвестные снайперы» так до сих пор и не найдены. Что уже не вяжется с версией о «стрелявших по приказу Януковича в людей силовиков». Хотя именно этот вариант был в тот момент принят оппозицией как основной и послужил моральным оправданием всего, что последовало затем.

До сих пор версий о том, кем были стрелявшие в людей 20 февраля бытует очень много. В некоторых вариантах стрелявших называют иностранными спецназовцами, якобы приглашенными в Украину Михаилом Саакашвили или увязывают историю «снайперов» с экс-нардепом Сергеем Пашинским и обнаружением на Майдане винтовки.

Есть ли под этими версиями основания должно было за 7 лет установить следствие, которое так и не справилось с этой задачей. Зато часть деревьев со следами пуль на аллее Небесной сотни спилили при предыдущей власти.

Finita la tragedia

После кошмарного кровопролития в самом центре Киева на глазах у всего изумленного мира и под угрозой прямых, быстрых и жестких западных санкций против всех сколько-нибудь приближенных лиц, у Виктора Януковича просто не было других вариантов, кроме как идти на самые широкие уступки оппозиции. И он на них пошел в наивной попытке сохранить хотя бы часть своих позиций или, хотя бы, обеспечить мирную передачу власти.

Соглашение подписанное 20 февраля Януковичем, Кличко, Яценюком и Тягнибоком парафировали представители МИДов Франции, Германии и Польши. Причем в случае Германии и Польши это были министры иностранных дел – представительство на высшем уровне! Которое, как оказалось, не стоило ровно ничего. Янукович соглашался на отвод силовиков из Киева, восстановление действия Конституции 2004 года и досрочные президентские выборы не позднее декабря 2014 года. Гарантами соблюдения этого соглашения должны были стать страны Европы. Соблюдение этого договора гарантировало как минимум мирную, конституционную и, насколько было возможно в тех условиях, спокойную передачу власти.

И надо сказать, что пункт о выводе силовиков Янукович выполнил в ту же ночь, только вот оппозиция уже на следующий день нарушила все свои обязательства. На голосовании Верховной Рады 21 февраля, находившийся в тот день в Харькове с «рабочим визитом» Янукович был объявлен «самоустранившимся от исполнения обязанностей» и лишен поста президента способом, который в Конституции не предусмотрен.

Дальнейшая судьба Януковича хорошо известна. Бегство, Ростов и позор.

Так или иначе Евромайдан увенчался успехом, в том смысле, что  президент, который своими непоследовательными действиями спровоцировал революцию ушел со своего поста, однако же в это кресло моментально умостился Турчинов, даже не утруждая себя соблюдением эдементарных конституционных формальностей. А затем Украину ждали утраты, боль, слезы и много горя.

Долгое эхо, длинная тень

Прошло семь лет, однако события тех дней продолжают непосредственно влиять на сегодняшнюю Украину. Расследуется и все еще представляет актуальность огромный клубок «дел Майдана», большинство из которых так и не пришли к какому-то внятному результату. Буквально вчера генпрокурор Венедиктова записала «оправдательное» видео, в котором прорекламировала работу прокуратуры в этом направлении, однако ясным осталось только то, что ничего по-прежнему не ясно. Более 2000 потерпевших и практически отсутствующий за 7 лет результат.

Остаются неизвестными для следствия заказчики и исполнители расстрелов протестующих и силовиков на майдане 19 ноября. Остались без внятных ответов следствия две такие разные, но в то же время в многом, схожие трагедии, связанные с названием «дом профсоюзов» – в Киеве в дни Майдана, и в Одессе 2 мая. Причем, во-втором случае речь скорее о «назначении виновных», чем их определении, ведь видео с теми кто стрелял и добавил людей до сих пор можно найти в интернете.

Ни разу не отрицая участие «внешнего фактора» в истории потери Крыма и в деле эскалации на Донбассе, невозможно не признать, однако, что именно Евромайдан запустил ту последовательную цепочку событий, которая закончилась именно так, как закончилась  – войной и утратой территорий. Были ли у такого исхода альтернативы? Однозначно были – не хаотизированная революционными событиями Украина имела гораздо меньше шансов стать жертвой агрессивных действий извне.

Если гипотетически рассмотреть Украину, в которой второй Майдан не случился, то в 2015 году, очевидно, произошла бы мирная смена власти – Янукович, вероятнее всего, был бы отправлен в прошлое, провалившись на выборах не менее впечатляюще, чем Порошенко в 2019 году. Для активного вмешательства внешних сил, не возникло бы ни повода, ни подходящей ситуации неуправляемого хаоса в нашем государстве. Так что, вполне вероятно, без Майдана в качестве исходной точки, ни Крымский, ни Донбасский кейсы, со всеми сопутствующими им разрушениями и страданиями просто не смогли бы возникнуть в том виде, как мы их знаем сегодня.

Однако, что прошлая, что нынешняя власть продолжают цепляться за удобную для себя официальную мифологию об исключительно позитивном характере революционных событий 2013-2014 годов, старательно и упорно делая вид, что не замечают, насколько этот вопрос поляризует наше общество до сих пор.

Между тем, седьмую годовщину «Евромайдана» Украина встречает, расследуя кражу 111 миллионов, выделенных на памятник «Небесной сотне». И, пожалуй, это наиболее полная эпитафия тем сложным событиям семилетней давности.

Добавьте Klymenko Time в список ваших источников